Диканька
Самое время открыть дверь и шагнуть сказке навстречу. Наш путь - в Диканьку. Туда, где солнце сияет и метели как не бывало, где невдалеке от серой ленты дороги на поляне - широкий проем каменных ворот. Когда-то они были парадным въездом в Диканьку, а сейчас стоят как символ перехода из реальности в фантазию.
"Богат и славен Кочубей..."
С начала XVIII в. история села тесно связана со знаменитым родом козацкой старшины - Кочубеями. В их усадьбе перед Полтавской битвой разместил свой штаб гетьман Иван Мазепа. Отсюда бежала к возлюбленному дочь Василия Кочубея - Мотря, которую Пушкин для благозвучности назвал Марией.
В XVIII в. знаменитый архитектора Джакомо Кваренги построил в Диканьке великолепный дворец. Картинная галерея, музей, библиотека, гигантский бальный зал, оранжерея... "Мы были в Диканьке у князя Сергея Кочубея. По красоте сада, парка, строений Диканька может посоперничать с виллами Боргезе и Дория в Риме", - писала в своих дневниках еще в XIX в. писательница Мария Башкирцева. Увидеть все это сегодня можно лишь на пожелтевших фотоснимках в местном краеведческом, музее. От усадебного ансамбля до нашего времени сохранились лишь парадные ворота, церковь и колокольня.
Остатки роскоши
Храм Св. Николая был построен архитектором Н. Львовым в 1794 г. как родовая церковь и усыпальница Кочубеев. Эта небольшая постройка сейчас выглядит немного странно. Она похожа скорее на римский мавзолей, нежели на православный храм. Внутри белые колонны теплые отблески свечей на позолоте небольшого алтаря, 
умиротворяющий запах ладана. Суровый седобородый священник удивленно вскинет бровь, услышав о Кочубеях, и, достав огромный ключ, отворит тяжелую дверь. Холодом веет от белого великолепия мраморных саркофагов, золотыми искрами вспыхивают забытые имена, словно стараясь вырваться из сумерек беспристрастной вечности к теплу и свету живой, благодарной памяти потомков.
Колокольня Николаевской церкви представляет собой не привычную глазу вертикаль, а скорее горизонталь, вызывающую в памяти римские акведуки. Во втором ярусе; похожем на балкон, видны тяжелые и непривычно близкие колокола... Удивительное село Диканька хранит в себе заснеженный осколок итальянского солнца.
Древний ряд дубов...
За церковными воротами тихо дремлет заснеженный лес. Наш недальний путь - по широкой просеке. В оглушительной лесной тишине возвышаются три дуба-гиганта, бывшие седыми стариками еще во времена Пушкина. Могучие трехсотлетние старцы возносят к синему небу узловатую тяжесть ветвей. Трещины темной коры - как глубокие морщины. И в сердце вспыхивает радость от того, что к весне вновь зазеленеют на дубах клейкие листочки, в который раз зазвучат здесь соловьиные трели вечной, как сама жизнь, песней.
После лесной прогулки захочется в тепло и уют. Краеведческий музей Диканьки встретит вас как долгожданных гостей. Здесь работают настоящие энтузиасты, и слушая их увлекательный рассказ, не замечаешь, как быстро кончается короткий зимний день. Солнце садится, синий снег расчерчен фиолетовыми полосами теней. А нам предстоит посмотреть еще один знаменитый храм.
Церковь кузнеца Вакулы
Троицкая церковь, построенная в 1780 году архитектором М. Орловым, находится в самом центре Диканьки, на невысоком холме у озера. Сумерки выкрасили белые стены в голубой цвет. Стройный силуэт храма словно парит
над невысокими домиками, притягивая к себе взгляд. С церковного двора открывается прекрасный вид на заснеженное село, на теплые золотистые огоньки в окнах домов. Тишину подчеркивает скрип снега под ногами и смех где-то внизу на сельской улице. Именно в этом храме гоголевский Вакула рисовал черта. И с той поры, когда его так неприглядно изобразили, черт поклялся мстить кузнецу. А заодно и всем добрым людям. Так что не вздумайте на ночь глядя вспоминать нечистого, мало ли что может случиться. Кстати, жители Диканьки считают, что Вий, Басаврюк и Красная Свитка - это не плод фантазии гениального писателя... А нам пора домой. Уезжая, невольно оглянешься: не повалит ли из какой трубы густой дым, не пронесётся ли на помеле современная Солоха... Ничего удивительного - вот такая она, Диканька, где праведное переплетено с грешным, реальное с чудесным, а прошлое с будущим.